September 26th, 2012

Schwarz-weiss

(no subject)

К нам в кабинет собираются посадить десяток новых инженеров. Видимо, друг другу на головы, по-другому не поместятся. Интересно, среди десяти инженеров найдется хотя бы один без запаха?

На самом деле я, конечно же, не обнюхивала каждого из уже имеющихся лично и не могу со стопроцентной уверенностью утверждать, что они действительно пахнут все, амбре как часть профессиональных качеств. Мое отношение к соседям по кабинету и соратникам по проекту вообще очень хорошо показывает, как рождаются предубеждения по отношению к каким бы то ни было группам людей: пока человек ведет себя в соответствии с твоими представлениями об адекватности, просто не задумываешься, кто он там и чем он не как ты. Скорее всего по умолчанию предполагаешь, что он плюс-минус как ты по важным для тебя параметрам, но в целом просто не задумываешься. А вот если кто-то ведет себя не так, прикидываешь, что с ним не так – и цепляешься за то, что бросается в глаза. И делаешь себе в голове пометку «москвичи высокомерны», «айтишники носят растянутые свитера», «овны упрямы» или, как в моем случае «инженеры такие инженеры». Что ты общался с десятками москвичей и высокомерным на самом деле был всего один, и тот пару месяцев назад переехал в Москву из какого-нибудь Саянска - дело десятое, о десятках ты не помнишь, потому что они для тебя были не москвичами, а просто нормальными людьми, а вот тот один - вот он да.

На самом деле далеко не все из тех, с кем я работаю в одном кабинете, общаются с немцами, соответственно, не смотря на соседство, я с этими людьми практически не пересекаюсь. Или, скажем, если человек спокойно переслал тебе по почте какой-то документ, ты его перевела, отправила перевод ему, получила в ответ «спасибо», или даже и не получила – это не информационный повод, это не то, что запоминается или о чем рассказываешь друзьям, это не то, на основании чего складывается общее впечатление. А вот когда какой-то красавчик, ознакомившись с твоим переводом, устраивает цыганочку с выходом и внезапно рассказывает тебе с пеной у рта, как он недоволен жизнью вообще и тобой лично и что он, конечно, слишком занят чтобы отслеживать твои профессиональные успехи и неудачи, но! И перечисляет все обе сделанные тобой за последний год ошибки. И по результатам беседы катает твоей начальнице телегу, что такая-то «делает ошибки в терминАлогии»… или, например, когда другой, но тоже хороший человек во время трехсторонней видеоконференции с очень плохой связью, пока ты мучительно вслушиваешься в то, что говорят немцы, заводит светскую беседу с участвующими в этой же конференции украинцами. Или, например, сначала сучит ногами и бьется об телефон, так срочно ему нужна какая-то информация, и в тот же день, когда письмо с информацией приходит, забывает отправить это письмо на перевод и не вспоминает еще дней десять… Это обращает на себя внимание. Этим хочется поделиться. Это запоминается. И в каждый следующий раз, получая от такого человека документ, или идя с ним на переговоры, предвкушаешь, что же он такое интересное придумает в этот раз, чтобы скрасить твои серые будни. И потом уже как-то привыкаешь от каждого нового человека этой профессии ожидать подвоха. И когда он (может, один единственный раз в жизни) все-таки делает что-то эдакое (двое давеча меня позвали помочь прочитать чертеж, нет, не текст на чертеже), говоришь «Ага! Я так и знала» и рассказываешь друзьям, что вот, представляете. И друзья, которые этих людей и вовсе в глаза не видели, и даже не знают, сколько их там у меня в кабинете в штуках, кивают понимающе: «Ну а чего еще от них ждать, это же твои инженеры». Опять же, когда заходишь в кабинет и чувствуешь «тут русский дух, тут Русью пахнет», как-то не приходит в голову уточнять, от кого в атмосферу поступает какая нота аромата.

При этом я же реально этих людей не знаю. Может быть, познакомься мы в каких-то других обстоятельствах, я бы узнала, что они читают Стругацких или Олдей, или ходят в байдарочные походы, или любят котиков, или, не знаю, может, у них тоже мама собирает камни – почему нет? И они были бы для меня просто людьми, с какими-то чертами, а не представителями профессии, о которых все сказано одним словом. Или я бы их записала про себя в какую-нибудь совсем другую категорию, о которой все тоже сказано одним словом, но совсем другим. Не говоря уже о том, что десяток человек, из которых действительно обращают на себя двое-трое – ни разу не достаточная выборка, чтобы судить по ним обо всех людях какой бы то ни было группы. Но, увы, контакта с двумя-тремя яркими представителями оказывается вполне достаточно, чтобы обзавестись стереотипом.

Интересно, они считают, что все переводчицы с немецкого – высокомерные суки?