June 23rd, 2019

2019

(no subject)

Тогдашний немецкий руководитель проекта как-то мне пожаловался, что во время приездов в Москву никогда не успевает купить сигареты, а он хотел бы купить блок, потому что в России же дешевле. Я ответила в том духе, что эх, если бы ты только знал в Москве кого-нибудь, кого можно попросить купить тебе сигареты. Он спросил, что я хочу в замен. С тех пор каждая встреча в Москве начиналась так: я встречаю немцев на проходной, формально приветствую, провожаю в переговорную, спрашиваю, хотят ли они чаю или кофе, после этого мы с Андреасом молча протягиваем друг другу через стол непрозрачные пакеты. В моем сигареты, в его - бутылка вина. После этого каждый прячет свою добычу, и я звоню своему начальству сказать, что гости на месте, можем начинать. Немецкое большое начальство, тоже иногда присутствовавшее на совещаниях, было в курсе происходящего и ржало над нами в голос, если бы узнало мое, думаю, мне за связь с врагом оторвали бы голову.

***

По договору часть документов должна была поставляться на русском. Когда пришло время их поставлять, немцы задумались, не знают ли они кого-то, кто мог бы их перевести. Так у меня появилась приятная подработка. Причем если у меня не было работы на собственно работе, все эти документы я переводила прямо на рабочем месте. Если бы начальство знало, думаю, тут бы меня и уволили. Но начальство не знало, и периодически подбегало ко мне со словами: "Надо срочно (СРОЧНО) позвонить немцам, спросить, когда наконец уже они нам пришлют инструкцию!" Думаю про себя: "Во-первых, я тебе на этот вопрос могу ответить лучше, чем немцы, во-вторых, из-за того, что ты меня отвлекаешь от перевода именно этой самой инструкции - теперь на полчаса позже". Но ничего не говорю, звоню: "Андреас, меня спрашивают, когда вы пришлете документы. - Элена, когда мы пришлем документы? - Завтра вечером. Как сам? - Я норм, а ты? - Да ничего, не жалуюсь. Ну пока, хорошего дня. - Ага, и тебе". Вешаю трубку, говорю: "Обещали к завтрашнему вечеру".

***

Перед прибытием оборудования на площадку (я не знаю, почему, но завод всегда называют площадкой) русские съели немцам мозг, вылизали изнутри череп, и костный мозг тоже высосали вопросами об условиях хранения. А там стандартные условия: "Комнатная температура, чистое сухое помещение". Нет, это недостаточно точно. Какая именно температура? А если на градус меньше? А если на градус больше? А чистое - это насколько чистое? А какая именно влажность? А если все оборудование (оно же здоровенное) не поместится в такой склад, может быть, что-то можно хранить в каких-то более суровых условиях? А нет ли чего-то хрупкого и чувствительного, что наоборот, надо хранить как-то более бережно? А вот оно у вас для перевозки упаковано - если его не распаковывать, его нельзя поставить в склад с другими условиями? Нет, все-таки, а сколько пылинок на кубометр воздуха вы считаете чистым помещением? И переписывались об этом, и по телефону говорили, и на совещаниях часами обсуждали. И все это на эмоциях: "Что значит, они не понимают, зачем нам такая точность? Нет, пусть расскажут!"

И вот оборудование поставили, и разместили где-то на складе. А спустя какое-то время немецкие шеф-монтажники приехали на него посмотреть. И увидели распределительные шкафы (электрооборудование, хрупкое, восприимчивое к условиям окружающей среды, особенно к воде) стоящими на улице, по колено в мартовском снегу, под задорным мартовским же дождем.

У них, в общем-то, был только один вопрос: "А вот эти разговоры о количестве пылинок на кубометр воздуха - они были зачем?"

***

То же самое с условиям для начала монтажа оборудования. Степерь строительной готовности, температура в цеху, влажность, чистота, освещение, что нужно, что не нужно, что строго, что можно варьировать, бесконечные разговоры и уточнения, стандартные документы нам недостаточно подробные, больше информации, еще больше информации. "Недостаточно информации" как лозунг всего проекта. И вот дают отмашку, что все готово, приезжайте, начинайте монтировать. Шеф-монтажники приезжают, и видят поляну. С ромашками, клевером и цикорием. Очень красиво. Спрашивают, а где, извините, цех. Нам монтировать оборудование - где? Им показывают яму под фундамент и горы песка, говорят, вот. Вот тут все с минуты на минуту будет. А вы пока приступайте. Немцы от происходящего приходят в такое изумление, что и правда пытаются приступить. Распаковывают какие-то трубы, начинают очищать их от солидола, в это время порывом ветра приносит некоторое количество песка, и он, конечно, тут же налипает на солидол. А это гидравлическое оборудование, там прямо вот совсем нельзя, чтобы в трубах песок. Начинают отскребать песок. В это время начинается дождь. Ржавчина в трубах тоже совсем не нужна, поэтому их срочно обратно упаковывают. Дождь прошел, разворачивают пленку, ветер, песок, начали соскребать песок - начался дождь. В общем, поваландались так какое-то время, в качестве музыкального сопровождения слушая заверения, что цех будет вот-вот, с минуты на минуту, собрались и уехали.

Тут же, конечно, срочно собрали совещание на высшем уровне, чтобы об этом поговорить. Да, здание цеха еще не построено, а чё такова? Что ли они правда не могут без этого начать? А чё нервные все такие? Ну хорошо, приезжайте через неделю или около того, все будет. Кстати, а что конкретно вам все-таки надо?

Андреас отвечает, что как минимум, как абсолютный минимум, у здания должны быть стены. Я переспрашиваю: "Только стены? Крыша не нужна?" Андреас смотрит на меня устало, говорит, что любой сколько-то вменяемый человек должен понимать, что нужны стены И крыша. Я высказываюсь в том духе, что он что ли первый день в проекте, но перевожу как есть, про стены. Тут же господа предлагают занести в протокол, что нужны стены, а кровельные работы будут вестись параллельно с монтажом оборудования.

Все обсудили, все уточнили, обо всем договорились, спустя неделю приходит отмашка, что все готово, приезжайте, приступайте к работе. Немцы приезжают. Видят лужайку с ромашками, клевером и цикорием, а посреди нее - одну, очень одинокую стену.