Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

Hirn

(no subject)

А сейчас я немного расскажу о моей семье по материнской линии. Если вдруг кто-то захочет мне сказать, что что же, я совсем не почитаю своих почтенных предков, то да, не почитаю.

Вот, скажем, как клеят обои в нормальных семьях? Удобно это делать вдвоем – один мажет, другой клеит. Если вдруг случился третий человек, то один мажет, другой клеит верхнюю часть, третий – нижнюю, как вариант, один мажет, один клеит, третий на побегушках. Как это выглядело в моем сложном детстве в моей семье?

Лето. К моим бабушке и дедушке проездом на юга зарулили наши родственники из Новгородской области. Родственники это: мамина троюродная сестра тетя Таня. Ее муж дядя Юра. Их дочь Ирка. Сестра дяди Юры тетя Люба. Муж тети Любы дядя Коля. Два их сына, а также дочь дяди Коли от первого брака, которых всех тоже наверняка как-то зовут. Некая милая старушка, про которую никто точно не знает, кто это, но, видимо, родственница. А у бабушки и дедушки уже есть моя мама, ее брат дядя Вова, и мой брат. Я была дома, в Воронеже, но меня срочно вызвали, потому что очень надо, народу не хватает, все пропало, бросай все, срочно приезжай. Папа отмазался от участия в балагане под смехотворным предлогом «у меня вообще-то работа», что ему будут припоминать еще всегда.

Итак, к нам приехал табор родни. Нельзя сказать, что совсем нежданно-негаданно, летом всегда кто-то заезжал, так что чего-то подобного всегда ждали и даже предвкушали. И они приехали, и в качестве благодарности за оказанное гостеприимство решили помочь бабушке с дедушкой чем-нибудь трудозатратным. Ну и вот. Выстраиваемся тевтонской свиньей, и начинаем причинять непосильную помощь. Для начала нужно отодвинуть шкафы от стены. Что находится в шкафах никто не знает, какие-то дедушкины сокровища. Дедушка разбирать сокровища отказывается, потому что не понятно, куда их складывать, и предлагает двигать шкафы как есть. У дяди Юры нет одной ноги (или есть одна нога, как посмотреть), поэтому шкафы двигают дядя Вова и дядя Коля. Тетя Таня дает советы. Бабушка спорит с дедушкой о том, надо ли все-таки доставать сокровища из шкафов, или ну его. Я называла этот процесс «обмен мнениями», т.к. каждый из них за время спора успевал несколько раз горячо отстоять каждое из имеющихся мнений, и еще несколько не имеющих отношения к изначальному предмету спора, несколько раз полностью сменив свою точку зрения в процессе. Тетя Люба ищет младших детей, мы, старшие дети, тусим, попутно время от времени огребая от взрослых за безделье. Мама заваривает клейстер. Все при деле, всем весело.

В процессе перемещения у одного из шкафов подламывается ножка (это старые шкафы, на ножках высотой сантиметров двадцать пять). Подломленный шкаф накреняется, опирается на соседний и застревает между ним и стеной. На этом процесс отодвигания шкафов от стены предлагается считать успешно завершенным.

Пол весело, с шутками и прибаутками застилается газетами, на них раскладываются обои, дядя Вова с тетей Таней вдвоем отмеряют кусок обоев, отрезают ножницами, после этого дядя Вова лезет на стремянку, мама с тетей Таней мажут обоину клейстером, дядя Коля подает ее дяде Вове, дядя Вова прикладывает к стене верхнюю часть обоины, тетя Люба – нижнюю, Ирка промазывает обоину между верхном и низом, потому что пока ее прикладывали, клейстер успел высохнуть, я, ползая по полу на четвереньках у всех под ногами вытираю с пола капающий клейстер, бабушка ходит кругами вокруг нас и ест маме мозг из-за того, что папа не участвует в процессе. Дядя Юра стоит в стороне и соблюдает вертикаль. То есть, держит в руках нитку с привязанной гайкой и следит, чтобы обоина клеилась параллельно нитке, а не так, как можно ожидать, зная участников. К какому делу пристроили остальную родню, не помню, но тоже чем-то заняли.

Дедушка в этот момент приходит к выводу, что все-таки хорошо было бы узнать, что же там у него такого ценного в шкафах. И начинает выгребать из них полное собрания сочинений Мамина-Сибиряка (нет, не преувеличиваю), консервы в жестяных банках (много), домашнюю консервацию в стеклянных банках (еще больше), какие-то керамические вазы, подшивку журнала «За рулем» за много лет, стопки газет, и еще какие-то очень ценные вещи, и, разумеется, активно подсовывает под нос каждый обнаруженный предмет всем участникам представления. В процессе разбора сокровищ он, разумеется, нашел заодно и запасы какого-то спиртного алкоголя, и к ним приложился, что автоматически дает +100500 к навязчивости и -100500 к способности внятно сформулировать, чего конкретно ему от тебя надо (не так, чтобы эта способность там когда-то сильно поднималась над нулевой отметкой).

И вот так – три большие комнаты и кухня. А потом еще надо белить потолок. То есть, ну как надо. Бабушка так решила. Бабушка это вообще особенный человек, из тех, кто никогда не повысит голос, воды не замутит и муху не обидит. Она только тихо-тихо подойдет сзади, повздыхает, как кот над пустой миской, и несчастным голосом скажет: «Потолок бы еще побелить». А когда ей ответят, что да, обязательно, непременно, но не сейчас, потому что сейчас мы прямо в середине поклейки обоев, давай сначала доклеим, а потом побелим, она вздохнет прямо очень печально, повернется как бы уже уходить, а потом пролепечет: «Да я же разве что требую? Я же понимаю, все устали, да и обои не поклеены. Я же просто хочу сказать, чтобы вы знали – надо еще побелить потолок». И ей еще раз объяснят, что обязательно, завтра прямо как встанем, так всеми дружно и побелим. И бабушка покивает, и даже уже отойдет на пару метров, но потом вернется, и скажет, что да разве ж она нас торопит? Она просто переживает, что сейчас гости дорогие уедут, а потолок так и останется небеленым. Но если нет, то нет, она же видит, что и так люди много для нее делают, казалось бы, даже и не самая близкая родня, а приехали, помогают чем могут, не то, что некоторые, кому на семью наплевать, нет, что вы, она очень благодарна за все, просто… потолок бы побелить, а?

Поэтому все, хоть что-то понявшие в этой жизни люди знают: если бабушка сказала, что хорошо бы побелить потолок, бросаем все, и белим потолок. Себе дешевле. Для этого мы водружаем на стремянку бабушку. Выдаем ей какой-то странный предмет, которым она будет возюкать по потолку. Рядом ставим маму, мама держит бабушку под попу. Рядом ставим тетю Таню, она держит стремянку. Рядом ставим Ирку, она держит ведро с побелкой. Рядом пускаем ползать на четвереньках меня, я опять вытираю пол (ок, размазываю побелку по полу равномерным слоем, кажется, более равномерным, чем бабушка по потолку), пока на меня сверху льется побелка, а я сама задеваю и стремянку, и всех вокруг.

Если вы вспомнили Джером К. Джерома «Дядюшка Поджер вешает картину», то да, все так, написанному верить.

Так вот, я это чего вспомнила-то. Мне прямо что-то захотелось провести анализ ДНК у себя, и у народа тут на заводе. Нутром чую, есть у нас какие-то общие предки в каком-то не очень давнем поколении.
Schwarz-weiss

(no subject)

В Днепропетровске, когда мы ужинали втроем, я, немец, и русскоязычный товарищ, давно живущий в Германии, этот самый товарищ упомянул какую-то русскую примету, я тут же вспомнила еще какую-то, немец откликнулся, что удивительно, каждую встречу с русскими он узнает что-то новое - пустую бутылку на стол не ставить, стакан на весу не держать, не рассыпать соль, что-то еще, и мы вскинулись, и стали вспоминать, кто больше: не свистеть в доме, не выносить мусор вечером, не отдавать деньги из рук в руки, не давать кольцо примерить из рук в руки, ничего не передавать через порог, не обходить препятствие с разных сторон, если наступили на ногу - наступить в ответ... я считаю себя не суеверным человеком, и выросла, вроде бы, не в самой суеверной семье, но я всяких таких примет и правил могу не задумываясь вспомнить пару десятков. Когда немец через несколько минут сказал что-то вроде "ничего себе", мы спросили его: "А что у вас? Какие у вас есть похожие приметы?" Немец задумался и сказал, что если черная кошка переходит дорогу в определенном направлении (он сказал, слева направо или справа налево, но я уже забыла) - это к неудаче. И все, больше ничего не вспомнил. То есть, что-то, наверное, есть, но он не помнит. И я стала вспоминать - я же больше года прожила в немецкой семье, такие вещи по идее должны как-то обращать на себя внимание - нет, не помню. Никаких "загадай желание", если оказался между тезками, никаких "присядем на дорожку", ничего. Или, может быть, что-то есть, но оно какое-то очень скромное и не бросающееся в глаза.

Интересно, почему оно так. Я не думаю, что у немцев никогда не было никаких суеверий, скорее они плохо сохранились, у нас же и сохранились, и продолжают сохраняться и цвести буйным цветом. У меня есть смутное подозрение, что это может быть связано с тем, что у немцев сохранилась уйма разнообразных праздничных традиций, у нас же - почти ничего. Я могу себе представить, что люди, которым резко запретили праздновать то, что они праздновали поколениями, начинают цепляться за всякие мелочи, чтобы почувствовать, что хоть что-то удалось унаследовать от предков. Или это тут совсем ни при чем, а дело в чем-то другом. Никогда раньше об этом не задумывалась, а теперь интересно.
Hell

(no subject)

В моей семье было совершенно нормальным делом, что кто-то дикими криками: "Скорее, быстрее, все, бросайте всё, бегите сюда" созывал всю семью, чтобы сказать: "Посмотрите, какая радуга / как красиво солнечные лучи выходят из-за тучи / какой сегодня необычный закат / как здорово наш кот смотрится рядом с букетом цветов", и побросавшие все дела не сердились, что их сдернули с места из-за ерунды, а смотрели и искренне благодарили. Как-то само собой разумелось, что посмотреть на красивое или необычное - важно.

Пожалуй, это одна из вещей, за которые я благодарна своему воспитанию и своим особенностям восприятия. Я могу быть сколько угодно усталой, я могу сердиться, я могу быть завалена проблемами, но у меня всегда найдется кусочек ресурса на то, чтобы посмотреть на красивое, обратить внимание на красоту мелодии, принюхаться к приятному запаху, заметить изящную формулировку.

Иногда в фентези этой чертой наделяют эльфов, и хотя мне кажется, что трудно найти менее эльфическое создание, чем я, в этом я их хорошо понимаю.
Lächeln

(no subject)

Пару недель назад читала за деньги чужие письма.
Нет, серьезно. Это были старые открытки на немецком, которые надо было перевести на русский.
Текст на открытках в основном довольно стандартный: поздравляем с Рождеством, желаем счастья и здоровья в новом году, поздравляем с Пасхой - ну, как оно принято. И еще много открыток, в которых никого ни с чем не поздравляют, зато шлют приветы: из солнечной Италии, из дождливой Ирландии, из Испании, где погода в этот раз выдалась переменчивой, из-под Берлина, куда автор поехал на пикник с коллегами, из Вену, куда метнулись семьей, из Кельна, где навещали родственников... и ведь никакой ценной информации, никаких новостей, никаких подробностей, просто: мы сейчас в отпуске в очередном городе, откуда шлем вам привет. И я все это читаю - и в этом есть что-то завораживающее, эти кусочки чьей-то чужой жизни, но кроме этого вертится на краю сознания, что я вижу что-то знакомое: "Я вот тут. Считаю необходимым об этом сообщить". Что-то такое... что-то, что является частью современной, привычной жизни. Нет, я в курсе, что некоторые до сих пор шлют и такие вот открытки тоже, но сам этот рефлекс, приехал-отметься... О! Так вот как выглядел Foursquare до интернета!
Lächeln

(no subject)

У меня внезапно возник вопрос, и я знаю, что меня читают люди, которые могут и знать ответ, ну а вдруг. И я не издеваюсь, мне правда стало интересно.
В соблюдающей кашрут семье должна быть отдельная посуда для мясного, отдельная для молочного, и еще может быть отдельная для парве, чтобы, например, сваренное в этой кастрюльке брусничное варенье можно было и к какому-то мясу, и к блинчикам. И эту посуду надо хранить по отдельности, рядом не ставить, иначе она как-то там теряет свою кошерность. Наверное, и грязную в раковину тоже нельзя ставить вместе, да? Так, собственно, вопрос: а как поступают соблюдающие кашрут семьи с посудомойкой? Ставить "мясную" и "молочную" посуду в посудомойку одновременно нельзя, да? А сначала одну, а потом другую можно? Или нужны две посудомойки?
Lächeln

(no subject)

По мере того, как я приживаюсь на новом месте, я одновременно возвращаюсь к своему нормальному совиному графику. Две недели я прожила дурным жаворонком и это явно не тот опыт, который я захочу в скором времени повторить. Я начинала зевать и тереть глаза уже в одиннадцать вечера, к полуночи уже не могла вообще ничего, и не позже восьми утра понимала, что не могу, совсем не могу дальше спать. И при этом по всем ощущениям, кроме этого неуместного тайминга, я оставалась совой. Как я уже несколько раз писала и много раз говорила, для меня принципиальная разница между совами и жаворонками не в том, кто в какое конкретное время ложится и встает - у всех разные обстоятельства, а в том, кто как себя при этом чувствует. Жаворонок засыпает легко, и встает проснувшимся. Я же первые полчаса-час после пробуждения не хочу никого убить в основном потому, что убийство требует каких-то активных действий, а какие могут быть активные действия через полчаса-час после пробуждения? И засыпаю я, как бы сильно мне ни хотелось спать, всегда довольно долго. Ну и представьте себе восторг человека, который адски хочет спать в безумную по своим собственным меркам ранищу, укладывается - и несколько часов не может заснуть. А потом просыпается ни свет ни заря, не выспавшийся, злой на весь мир, а спать дальше уже не может. Возвращение нормальных совиных ощущений (я всегда могу чуть подольше посидеть вечером и чуть подольше поспать утром) - большая радость.

Вообще сон для меня всегда был больной темой. С раннего детства моя любящая семья под предводительством маминых родителей внушала мне, что быть соней - стыдно, позорно, долгий утренний сон - повод для насмешек и издевательств. Что если в выходной ты долго спишь - самое нормальное, что могут и должны сделать твои родственники - всей гурьбой ввалиться к тебе в комнату, растормошить, рассесться по твоей постели и отказываться выйти, пока ты не встанешь. А потом еще весь день тебе припоминать, как долго ты спала, высмеивать этот факт, и рассказывать всем знакомым, какая же ты соня - чтобы ты уже в конце концов устыдилась и перестала. Нет, я не знаю, почему и зачем они так делали, я вообще никогда не понимала, почему и зачем что бы то ни было делается в этой части моей семьи. И да, вот такая плохая у меня наследственность. Но факт - когда я уже взрослой услышала от знакомой слова: "А я люблю поспать" для меня это был шок. То что человек совершенно запросто, между делом, не в порыве откровения, а мимоходом признается вот в этом? И не видит в этой своей черте ничего странного, смешного или предосудительного? И потом я от других людей слышала, что они любят спать - и да, я до сих пор вздрагиваю. И когда мне что-то говорят о том, что я сама люблю спать, я немедленно напрягаюсь и начинаю оправдываться.

А мне в общем-то есть, чем оправдываться. Я же и тогда, в детстве, под все это улюлюканье не спала долго. Я спала до большее позднего часа - да. Долго - нет. Единственный совеныш в стае жаворонков, они все видели, во сколько я просыпаюсь, но не видели, во сколько засыпаю. А засыпаю я именно что долго, постепенно. И потом еще я никогда не сплю всю ночь не просыпаясь, я встаю несколько раз за ночь, и каждый раз потом еще засыпаю какое-то время. Так что если вы увидели, как я ухожу в спальню в полночь, а выхожу из нее в восемь, это значит, что проспала я хорошо, если часов шесть. И да, пожалуй, я действительно люблю спать, но мне это кажется запретным удовольствием.
Hand

(no subject)

- Ай, смотри, вон там заброшенная альпийская горка. Раньше была красивая, а теперь вся заросла бурьяном... а ведь на ней камни...
- Угу. Я тебе оттуда воровала.
- Я помню. Хороший такой камень. А ведь их там еще сколько. И они же теперь никому не нужны...

Спустя час:

- А вот та горка... как ты думаешь, камни там скреплены цементом или просто лежат?
- Не знаю. Можно как-нибудь сходить и проверить.
- А можно и прямо сейчас сходить и проверить.
- Но только посмотреть.
- Конечно, только посмотрим и пойдем обратно.

Спустя еще минут пятнадцать я с невинным лицом шагаю через бурьян, которым зарос когда-то аккуратный газон, пробираюсь к бывшей альпийской горке, хватаю две гранитные глыбы и напевая "Как-то шли на дело я и Рабинович" возвращаюсь к стоящей на шухере маме. Засовываем добычу в сумку, беремся за две ручки и, скандируя Links-zwo-drei-vier, links-zwo-drei-vier тащим домой.

Не знаю, как в нормальных семьях, в нашей отношения между матерью и дочерью лучше всего укрепляются совместными антиобщественными поступками.

(про маму и камни где-то по тегу, сейчас некогда искать)
Hand

(no subject)

Сегодня переводила телефонный разговор с немцем, у которого вот только что была свадьба, первый разговор с ним после события. Собеседник с русской стороны задал вопрос: "Ну как, ваша свадьба, свадьба пела и плясала, и крылья вашу свадьбу в даль несли?"
Увы мне, я это перевела просто как "Хорошо ли прошла свадьба".
Schaf

(no subject)

В моем маленьком уютном мирке есть враг, этот враг беспощаден. Название ему - мусоровоз.
Монстр приезжает ровнехонько под мое окно каждую ночь, каждую, понимаете? каждую ночь в промежуток между пятью и семью (да, это ночь), в то самое волшебное, невообразимо прекрасное время, когда бессонница уже отступила, а будильник еще не прозвонил, то есть, мне можно и положено спать - и я сплю, сладко, нежно, уютно и мягко сплю. Он приезжает, становится под окно и делает ПФФФФ. И еще он делает ПЫХ-ПЫХ-ПЫХ. И УФ-УФ-УФ. И потом ПФФФФФ. А его приспешники в оранжевом хватают разные предметы и делают ими ХРЕНАКС! и ШМЯК! и БАБАХ! и БДЗЫНЬК! и ТАДАМ! и БУБУХ! А иногда еще кто-нибудь открывает окно и делает: "ВЫ ОХРЕНЕЛИ, ВОСКРЕСЕНЬЕ, ПЯТЬ УТРА!" Но этим людям нет дела до воскресенья и до пяти утра, у них есть график и по нему им положено делать ХРЕНАКС! БАБАХ! БЗДЫНЬК! ШМЯК! БУБУХ! под аккомпанемент из ПЫХ-ПЫХ-ПЫХ-УУУУФФФ, ПЫХ-ПЫХ-ПЫХ-УУУУФФФ, ПЫХ-ПЫХ-ПЫХ-УУУУФФФ, ПФФФФФ, и они это делают, между пятью и семью утра, под моим окном.
Мне снится, что что-то взрывают, я просыпаюсь, а взрывы не прекращаются, и явно кто-то колошматит чем-то стеклянным по чему-то железному, и бросает железное об бетонное, а рядом в муках умирает динозавр, потом я понимаю, что это опять мусоровоз, закрываю окно и пытаюсь спать дальше под БЗДЫНЬК и БАБАХ. А спать с берушами я боюсь, потому что боюсь не услышать будильник. Это же бздыньки и бабахи, происходящие одиннадцатью этажами ниже, трудно не услышать, а будильник - запросто.
Brille

(no subject)

Обнаружила в себе склонность к гипертрофированной политкорректности, что ли, чему-то, что мне самой кажется "лучше, чем противоположность, но все равно нехорошо". Поясняю:

В супермаркете я набираю несколько пакетов фруктов-овощей, их надо взвесить. Весы там такие, что покупатель сам ими воспользоваться не может, нужен продавец. А продавца на месте практически никогда нет, приходится его ждать. И вот пока я его жду, мне очень хочется на него, когда уже придет, немного наехать, потому что что ж это такое. На самом деле я ни на кого не наезжаю, если продавцов не хватает, то зачем же трепать нервы тем, кто и так разрывается, а если продавцы ленивые, то мой наезд их все равно не мотивирует, ну и зачем бессмысленно увеличивать количество негатива в мире? Но. Если подошедшая продавщица имеет славянскую внешность, мне себя приходится именно так, осознанно сдерживать. Если же она - азиатка (а в супермаркетах чуть ли не большинство сотрудников такие), желание поругаться сдувается моментально само собой.

С интересом заглянув в себя обнаружила, что у меня в голове четко прописано: "Эти люди в этом городе выполняют самую черную работу, наверняка за копейки, живут в ужасных условиях, чтобы сэкономить немного для оставленных дома семей, их в любой момент могут обхамить, просто за внешность, могут избить, могут задержать для проверки - ну куда еще мне им жизнь портить?"

При этом, если включить логику, семья продавщицы с монголоидным разрезом глаз вполне может жить в Москве не одно поколение, так что сама эта девушка, может быть, вполне неплохо живет с родителями, а в Москве находится на куда более законных основаниях, чем я. А славянка, может быть, как раз приехала из какой-нибудь глухой деревни и снимает однокомнатную хрущевку в складчину с десятью незнакомыми людьми разного пола и возраста. Или у нее трое детей-трудных подростков, муж-алкоголик и полоумная свекровь, а от весов она отходила поплакать о своей нелегкой доле. Или мало ли. Я же этого ничего о них не знаю, так что не должна бы относиться к ним по-разному только на основании внешности. Продавщица и продавщица, все, что мне от нее надо - чтобы взвесила мои покупки, будь она хоть эльфийкой, хоть инопланетянкой. А вот поди ж ты.